Турклуб Берестье
Главная |  О клубе |  Полезности |  Летописи походов |  Фотографии |  Песня |  На привале |  Ориентиры |  Гостевая книга
КАРПАТЫ 2003 (зима) [рук. Панько А.]

День первый. 25 января, суббота.

Сегодня, 25 января, весьма знаменательный день. И не потому, что все российское студенчество отмечает свой профессиональный праздник. И даже не потому, что все Татьяны празднуют свои именины (хотя и это тоже), а потому, что сегодня отправляется покорять карпатские вершины команда, собранная и возглавленная Александром Панько. Долго думал Шура, прежде чем пуститься в эту авантюру, и команду долго собирал, выискивая достойных среди школьников Бреста, студентов филфака и биофака БГУ и брестского педа. В результате отбора в команду попали:

Татьяна Лузан (далее именуемая просто Лузаном), бэгэушная биологиня, известная экстремальными поездками “стопом” и не раз побывавшая в Карпатах и в Крыму и даже успевшая долететь до Америки. Ей в сем походе дадена должность фотографа.

Татьяна Герасичкина (далее—Таня), физичка БрГУ, для которой это первый большой горный поход. А потому, руководствуясь тем, что новичкам везет, Шура именно ей повелел быть крохобором.

Ирина Царь, птица-говорун филфака БГУ, прославившаяся в Крыму своими клоунскими выходками и неистощимым лексическим запасом, за что и получила должность летописца. А в нагрузку, чтоб жизнь малиной не казалась, и медсестры (по совместительству).

Евгений Траскевич (в простонародье - Женя), ученик 11 класса СШ № 11 г.Бреста, пошедший по стопам брата как в туризме, так и в любви к пиву и сигаретам. Впервые отправляющийся в горы, должность - реммастер.

Артур Молойченко, загадочная личность философской направленности. Не один раз побывавший в Карпатах и взятый Шурой по старой дружбе, был записан как краевед.

Ну, а о Шуре уже столько всего понаписано, что можно томами издавать, посему не будем растекаться мыслию по древу, заметив только, что к мероприятию он отнесся со всей серьезностью.

Собравшись в подвале клуба, в ожидании опаздывающей Тани народ успел выпить на дорожку чайку, сточить подаренную Лузану по случаю именин шоколадину. Полные сил и отваги, несмотря на тяжесть рюкзаков, бодренько шпарим на вокзал, а прохожие провожают нас удивленными взглядами и покручиванием указательного пальца у виска.

Прикупив пива-чипсов, загружаемся в дизель. Поездка обещает быть веселой, ведь едут сразу 4 группы. Провожающих собралось—на весь перрон. Пофоткавшись на отъездную, располагаемся поудобнее и начинается…пили, ели, пели, равели, в карты играли, короче, не скучали.

Быстренько пройдя таможню, налетаем на пирожковых бабок, сметая все подчистую. Н-да, заболотские пирожки—это объект для написания хвалебной поэмы,…но в другой раз. А в поезде едем в разных вагонах: наша команда – в четвертом, а остальные – в пятом. Отметив хорошее начало, женская половина заваливается спать. Мужикам же оказывается мало и они смываются в пятый вагон. В результате пьяный ребенок (Женя) полночи давал жару, выбешивая всю группу и весь вагон.

День второй. 26 января 2003, воскресенье.

Еле-еле душа в теле поднимались мы при подъезде ко Львову. Приятно: ребята из другой группы вышли нас проводить (и это не глядя на 4 часа утра!). Львов встретил украинской речью, легким морозцем и кучами мусора прямо на улице. Кинув рюкзаки в камеру хранения, идем гулять по ночному городу.

Львов—изумительный город. Улицы вымощены камнем (шчырае спачуванне владельцам авто), все дома разные, и ни один не похож на другой. Улочки, дворики, огромные деревянные двери, сквозные подъезды… Прямо средневековый Париж [Лучше!]. Не зря в бывшем Союзе Львов считался вторым по красоте (после Питера) городом.

Подкупившись сосисками, едем к Шуре в общагу. В мгновение ока превращаем комнату в притон и, позавтракав, заваливаемся досыпать. После подъема и второго завтрака—дневная экскурсия по Львову. Всех поразил Шевченковский Гай, эти типичные гуцульские хатки, сарайчики, заборчики, подъемы и спуски. Были облажены все дырки, залезено во все колодцы, подзырено во все щели. И все зафоткано.

Потом—Ратуша. Только ощущение себя Покорителями Карпат да бравая музыка помогли не помереть при подъеме на 100 (или больше?) ступенек. Но зрелище того стоило. С площадки—обалденный вид города, круче, чем с колоннады Исаакиевского собора в Питере. И Шура тут же провел экскурсию, тыкая пальцами в разные здания, а мы вертелись как волчки, пытаясь все разглядеть и запомнить.

Пообедав в весьма сомнительном заведении типа «Ідальня» [ха, им не понравилась “Красная Шапочка”!] и порешив, что нехай черти едят за такие деньги, а мы не Ротшильд, миллионов у нас не наблюдается, идем в Доминиканский собор. Оторвав от сердца по 3 грн., слушаем концерт органной музыки. Вернее, под эту самую музыку кто-то спит, кто-то по сторонам глядит, кто-то скучает, кто-то мечтает - вообщем, каждый занимается своим делом. Но, судя по отзывам, всем понравилось.

Потом погуляли еще, посмотрели другие храмы (особенно впечатлил Армянский собор). С восторгом пофоткались во дворике, где в “Трех мушкетерах” Д’Артаньян дрался на дуэли.

Закупились едой и опять в общагу. Скромный ужин с вином завершил наше пребывание во Львове. Полные впечатлений и чувства единения с Древностью (или Вечностью) загружаемся в поезд. Выбираем тайных друзей и тихо и мирно, в отличие от прошлой ночи, заваливаемся спать. Завтра в горы.
P.S. Соцопрос: что больше всего понравилось и не понравилось в сегодняшнем дне?
Лузан: Шевченковский Гай, Армянская церковь и Панорама. Не понравились кучи мусора на улицах.
Женя: дорога, вымощенная камнем, Армянская церковь.
Таня: все храмы и сувениры.
Артур: понравилось чувство ностальгии (во Львове не в первый раз) и пиво “1715”.
Шура: наша группа.
Царь: отсутствие подобия и присутствие времени.

День третий. 27 января 2003, понедельник.

Понедельник—день тяжелый. Так гласит народная мудрость, и так думалось и нам, в спешке выпрыгивающим на перрон города Коломия. Перепаковавшись и подкупившись, загружаемся в дизель до Яремчи. Последние километры, когда рюкзаки с нами, а не на нас…

И вот уже и Яремча, и рюкзаки давят своей тяжестью на плечи, и горы со всех сторон. Кинув теток у водопада, мужики отправились за лыжами. За время их отсутствия было вдосталь полажено по окрестностям, посмотрено на водопад и местный рынок. Таня даже умудрилась урониться в ручеек, явно пытаясь повторить подвиг Светы Чепелевич, нырявшей в речку в прошлом году. Мужики вернулись с инвалидностью: Женька грохнулся и поранил руку.

Пофоткавшись и погрузив лыжи, валим на подъем. Надо было видеть, как народ преодолевал первые метры, как ползла раком Царь, как Лузан, протягивая руку помощи Тане, едва не грохнулась сама, как полчаса по-обезьяньи карабкались мужики… И на первом же подъеме крутые американские штаны Лузана обнажили всю правду, разъехавшись по всем швам. Хорошо, что были запасные, а то ходила бы Лузан бесштанная.

А вообще, как оказалось, Карпаты требуют поклонения. Мы это поняли, когда приходилось кланяться каждому дереву, (потому как с лыжами на рюкзаках по-другому ну никак не пройти). От такого поклонения в голову лезли всякие разные мысли: Артур, например, поговаривал, что надо бросать курить, Лузан повторила весь курс по биологии, Царь рассказала все верши, что вспомнила, и спела все песни, что знала.

А в целом - все было классно: и то, что никто не пострадал при подъеме, и то, что прошли довольно много, и солнечная погода, и горы вокруг. Единственным разногласием стал вопрос ночевки, но, как водится, против большинства не попрешь, и ночевать порешили в чьем-то домике, заколоченном со всех сторон. Шурина душа изнемогала, когда Артур с жестокостью маньяка-убийцы орудовал топором, отдирая доски от окна. В домике оказалась печка и кровать, стол и лавочки. Поев наконец горячей еды (ура!!!) и попив чайку, улеглись спать. И вот тут началось! Окно не закрывается, ветер воет с дикой силой, что-то шуршит, кто-то храпит, Артур во сне разговаривает. Короче, Царь всю ночь пыталась влезть под Шуру, слыша в каждом шорохе мышей, Таня прислушивалась к шагам за окном. Даже Шура поддался общей панике, ловя чутким ухом шорохи, попискивания и шаги, которых (и шагов, и мышей) не было.

В общем, судя по отзывам, выспались трое: Женя (храпун №1), Лузан, которую ничем не проймешь, и Артур, чьему спокойствию может позавидовать и удав.

День четвертый. 28 января 2003, вторник.

Тот, кто думал, что понедельник—день тяжелый, крупно ошибался насчет вторника. Невыспавшиеся, но поевшие, под жуткое завывание ветра покидали мы сей “ гостеприимный ” кров, предварительно заколотив окошко досками (типа и не было тут никого). То и дело проваливаясь в снег, ползем по хребту. Может через час таких провалов решаем стать на лыжи. Часика два ушло на сборы, подгонки, примерки, первые пробы... И все это ради полукилометрового подъема, после которого снег смешался с землей , взрытой бульдозерами. Лыжи снова перекочевали на рюкзаки, и на своих двоих топаем дальше. Идти тяжело из-за штормового ветра, который сбивает с ног. Рюкзак становится уже не обузой, а якорем, не позволяющим улететь в тартарары. Прямо по классику: “ А горы все выше, а горы все круче”.

И хотя цель дня видна, возникает все больше сомнений, и небезосновательно. Преодолев очередной подъем и спуск, Шура выносит приговор: изменить маршрут. Сказывается наша усталость, нелюбовь погоды, лыжная техника и многое другое.

Чуть было не кинулись ставить палатки в лесу, но Артур (герой дня - негласно) находит колыбу (охотничий домик). Причем весьма приличного вида, с нарами как раз для шестерых человек, с печкой и столом, а главное - явно уж без мышей! С радостными физиономиями располагаемся в сем чудном доме и решаем на пару деньков залечь здесь, тем более что места для катания самые подходящие. На радостях тетки забывают о мужском коварстве и помогают пилить дрова (глупость какая!)

После потрясающего ужина играем в мафию. Всех сделал Шура, морочивший голову народу добрый час. Вот и верь после этого людям! Но ничто не проходит безвоздмездно в этом мире. И Шура оказался жестоко наказан потерей мыльно-рыльных принадлежностей и кремов, которые остались в жуткой хатке нашей прошлой ночевки. На предложение вернуться за потерей он отреагировал весьма негативно (что, возможно, свидетельствует о малоценности пропавшего добра).

Ближе к полуночи ветер стих, и пошел легкий снежок, обещая лыжные прогулки. В ожидании светлого завтра народ отходил в мир сладких грез, и только Шура никак не мог улечься, терзаемый неудобством (а нефиг спать возле стенки на местах для теток!) и мыслью ”А не поставить ли палатку в колыбе прямо на полу? ”Однако убежденный Царем, что палатка не станет из-за нехватки места, и что спать с краю удобнее и совсем не страшно, он поменялся с Царь местами. И очень скоро посапывание Шуры присоединилось к могучему храпу Жени.
P.S.Соцопрос: Чего вам не хватает в данный момент?
Лузан: уверенности в том, что мама не знает, что она в походе
Женя: пива с “Кириешками”
Таня: встречи с ребятами из других групп
Артур: всего хватает
Царь: Пуха-мл.
Шура: гитары.

День пятый. 29 января 2003, среда.

Первой проснулась Царь. Провалявшись около часа без дела, в порыве трудового оргазма кинулась топить печку (еще одна роковая ошибка!), рубать дрова и готовить завтрак. С мольбами была выпрошена ложка варенья к чаю. Очень хочется таинственного друга, чтоб подкладывал хоть карамелек засахареных!!!

После завтрака идем кататься на лыжах. Погодка—что надо: легкий морозик, солнышко... Шура, чувствуя прогресс по сравнению с прошлым годом, рассекает во всю. Женька с лихвой прокладывает новые маршруты, на которых по самое не хочу зарываются Лузан, Царь и Таня. Сожаление вызывали две вещи: отсутствие подъемника (закалебывало подниматься самим) и отсутствие фотика (ну, это уже по собственной тупости). Возвращались кто как: кто на лыжах, кто под лыжами (в частности Царь, которая умудрилась порвать пружину).

День ознаменован обедом из супа и жареного сала, вкуснее которого ничего не елось. А также тем,что Таня моет на морозе голову.

И вот к вечеру коварные мужики, зная, на что способна наша лучшая половина, запрягают сначала Царя топить печку, а потом - всех теток пилить дрова. И это в холоде! И в темноте!! И палки-то все суковатые!!! А может, это мужики у нас трохи суковатые, пытаются повесить всех собак на хрупкие женские плечи?.. [а ведь у них все классно получалось!]

Вечером народ разбивается на кружки по интересам: Шура шьет себе какой-то вечерний наряд, народ валится в дурака (правильнее было бы сказать—в дуру). В утешение проигрывающим съедается шоколадина. И в завершение вечера, явно от переутомления, Шура по приколу предложил встречать рассвет. А все сдуру (сказались последствия игры) и согласились. С намерением завтра встать пораньше ложимся спать.

День шестой. 30 января 2003, четверг.

Ну,будильника, разумеется, никто с собой не брал. И в 4 часа утра, как хотелось, никто не встал. А если уж совсем начистоту, то никакого рассвета мы бы и не увидели, потому как тучки небесные скрывали небо. Посему следуем такому плану: все вместе идем на Рокиту (или Рокету, что одно и тоже), Артура и Женьку выправляем в магазин до ближайшей деревни, а сами - кататься.

Позавтракав, прыгаем в лыжи и валим на Рокиту. На подъеме Шура решает проверить нашу быстроту, ловкость, способность реагировать и еще ему одному известное что. Легким движением руки он сбрасывает перчатку, и она, подхваченная ветром, мчится вниз. А за ней, как гончие за зайцем, все мы. Вероятно, проверка дала хорошие результаты, так как нареканий со стороны руководства не поступило и перчатка была поймана (Женя—молодец!).

Подъем оказался совсем не трудным и не долгим (ясное дело, рюкзаков-то нет). Пофоткавшись, съедаем шоколадину, вспоминая тех, кого с нами нет. Благословляем наших добытчиков в путь до магазину, любуемся краявидами и спускаемся по склону вниз. Это супер!!! Круче всех спустилась Лузан, упав 315 раз, пикируя через каждый метр.

Катаемся на лыжах до посинения и изнеможения. Тут уж пальму первенства по падениям ухапила Царь, зарываясь так, что только лыжи торчали из-под снега. Первым сдался Шура, потом Царь. Пока Лузан и Таня совершенствовали свое лыжное мастерство, Царь вымылась в снегу и, ощутив небывалый прилив сил, стала подумывать том, не заняться ли всерьез моржеванием. Ее примеру последовал Шура, правда, не в таком объеме. Еле притянувшие ноги Тани наводят на мысль о перекусе. Тут же Лузан, вдохновленная сияющим видом помытых Царя и Шуры и вчерашним примером Тани, моет голову.

В ожидании Жени и Артура ведутся различные беседы, вспоминаются приколы и казусы. О-па! Объявились таинственные друзья! У Тани появляются конфеты, а у Царя – сушки. Это, конечно, здорово, но ожидание становится все невыносимее. Прислушиваясь к каждому звуку, строятся самые невероятные догадки: напились? Зарылись? Заблудились? Покалечились?..

И вот они, наши добытчики: пьяные, усталые, с едой и “чарликом” вместо ожидаемого вина. Шура с воплем: ”Гулять дык гулять!” разливает все чарнилка, а все с жаностью пьют сию гадость бы амброзию небесную, становясь с каждым глотком все добрее, веселее и разговорчивее. И вот уже пошли дебаты, доказательства, крики. А подстрекатель Шура все скандирует: “А вот и не побьетесь! А вот и не побьетесь!” Подожди, не взлетим—так поплаваем, не между собой—так тебя отметелим. Всему свое время. А пока, добре-таки пьяные, заваливаемся спать, пока хмель греет.

День седьмой. 31 января 2003, пятница.

Воодушевленные вчерашней прогулкой мужиков, Тани твердо решили дойти до нефтяных полей. И если вчера по пьяне Артур и Женька еще раздумывали, не составить ли им компанию, то сегодня на трезвую (а точнее, похмельную) голову наотрез отказались. Но ни их отказ, ни запрет Шуры, ни припугивания типа “заблудитесь-потеряетесь”, “съедят медведи”, “изнасилуют местные гуцулы” не смогли остановить теток, и отважный дуэт отправился покорять вершины.

Оставшаяся четверка дрыхла до полудня. Радость вызывает пребывание Артура дежурным, но, как оказалось, зря. Согретую воду он использует…для мытья головы! Ну ладно, тетки с ума посходили—на морозе бошки моют, так эта дурость и на мужиков распространяется! В общем, дров хватает только на половину завтрака. Окончательно одубев, народ валит за топливом, и заготовка дров плавно переходит в приготовление обеда. Суп нынче музыкальный—гороховый, и приколов по поводу последствий куча: кто-то представляет себе ночные баталии, кто-то—реактивный двигатель…

После обеда Царь, Женя и Артур идут кататься на лыжах, а Шура остается творить какие-то темные дела. Царь позарилась на шурины лыжи, за что была наказана бесконечными падениями, дикой усталостью и обозленностью. А потому возвращалась на своих двоих, кидая лыжи впереди себя. Мужики катались недолго, но весьма эффектно, падали редко, но метко. Потом опять спали, ели, разгадывали кроссворды и с опаской поглядывали на часы. К вечеру лег сильный туман, видимость нулевая. Переволновались порядком, чуть ли не ежеминутно выходя на улицу посветить—а вдруг увидят? Поэтому встречали едва не хлебом-солью кормили двойными порциями и присудили титул Героев дня. На радостях Шура повелел выпить винца, что было незамедлительно исполнено под рассказы Тань о полях, нефтяных вышках и гуцулах.

Довольные, что все так хорошо получилось, легли спать. Как обычно, стали беситься. Больше всех досталось Шуре. Его защекотали, запинали, запугали, и с громким воплем Шура упал на пол. Наверное, там было не совсем удобно, так как вскоре он вернулся на свое обычное место.

…А на улице, заметая следы наших взлетов и падений, шел снег…

День восьмой. 1 февраля 2003, суббота.

Утро встретило ослепительной белизной, чистотой и ровнотой. Ни одной лыжни не видно, а потому прокладывать дорогу до Рокиты придется по-новому. Завтрак, долгие сборы, фото на память. Мы уходим, чтобы обязательно вернуться… Приключения начались еще на выходе, когда на голову Лузана обрушилась дверь нашего домика. Хорошо, что на голове была шапка—какая-никакая, а страховка. До Рокиты дошли без эксцессов, ну, разве что у Тани крепление полетело. И дорогу нашли сразу. А потом началось… Встретили гуцула. ” До Микуличин далеко? ”---” Ды километра три ”. Чтоб ты всю жизнь ходил такими километрами!!! Шли по снегам, зарываясь то боком, то носом, то задом. Никаких дорог и близко не видать: снега на полметра. Даже пришлось компас достать, дабы определить направление.

Спуск - дай Боже. Не ехали, а кубарем скатывались вниз, рискуя сломать лыжи, ноги и шею. Обрадовались речке, жилым домам и лающим собакам как родным. Пообедали салом, хлебом и чесноком, приводя тем самым в ужас эстетический вкус Шуры. Наивные, все приняли сии строения за ожидаемый Микуличин. Рванули вперед, надеясь через пару минут увидеть большое село, ну, и, соответственно, магазины там всякие, кафешки… Но пришлось преодолеть еще неслабенный подъем (на котором Женька порвал крепление, а Шура и вовсе решил нести лыжи на спине, а не на ногах), прежде чем показался этот самый Микуличин. От великой радости Царь так грохнулась мягким местом о дорогу, что вся деревня озарилась светом искр из глаз и стуком ссыпающегося в трусы позвоночника.

Пройдя еще километра два, вышли к магазину, где сразу же было ухоплено пивко и газировка, показавшиеся самыми вкусными напитками на свете.

В поисках ночевки набрели на добре поддатого мужчину (лучше б ночевали на улице!). Потом три часа пытались растопить печку в доме, не топленном три месяца. А “гостеприимный” хозяин вместе с двумя себе подобными не давал покоя, то появляясь, то исчезая, а то уводя поочередно Шуру и Артура. Думая, что все закончилось совместным распитием водки (кстати, водка была очень даже ничего!..) и распеванием песен под гитару [нам был предложен “новый” хит – “Настенька”, чему мы были несказанно “рады”], укладываемся спать, пытаясь (тщетно) оторвать от телевизора Женьку. Но хозяин вскоре вернулся и, не находя себе места от холода, примкнул к лежащим, т.е. спящим, на полу Царю, Лузану и Шуре. Попытка потискать Лузана была строго пресечена бдительным Шурой, и мужику ничего не оставалось, как, оттеснив Царя на рюкзаки, развалиться рядом и захрапеть во всю силу, что он и сделал.

...Никогда с таким нетерпением не ожидалось утра...

День девятый. 2 февраля 2003, воскресенье.

С превеликой радостью покидаем “гостеприимного” хозяина и его холодный дом. Трошки поплутав по деревне (просто свернули не туда. Но нормальные герои всегда идут в обход), выбираемся на остановку. Еле-еле запихавшись в маршрутку, кто боком, кто раком, кто лежа, кто вися, но главное—едем в Яремчу. Пока мужики сдавали лыжи, тетки облетали весь рынок и всю округу в поисках подходящей колыбы. Выбор, правда, не ахти: не каждое заведение начинает работать в 10 часов утра. Но кто ищет, тот найдет, и до полудня мы проели кучу денег, выпили оставшееся с Микуличина вино, попробовали шашлыки и т.д. На маршрутке едем в Ивано-Франковск, а чтоб не было скучно, Царь с Лузаном вовсю глотку равуть песни на роднай мове, вызывая негодование едущих и ублажая тонкий слух Шуры. В Ивано-Франковске на вокзале встречаемся с группой Охримука. Кинув на их попечение рюкзаки, идем смотреть город. Покрутившись по рынку, прогулявшись по улицам, позвонив домой (или не домой. Или не позвонив), дольше всего зависаем в вино-водочных отделах магазинов. Все рекорды бьет Таня, загружая целый рюкзак бутылками.

Ввечеру в поисках торта вновь обошли полгорода, но птица Обломинго все укрыла своим крылом. Идем ужинать в заведение типа “Кафе-бар”. И попадаем, как грибоедовский Чацкий, с корабля на бал. Бал с живой музыкой, с мужчинами в костюмах и женщинами в вечерних нарядах, со скатертями на столах и мягкими стульями... Вообщем, смотрелась наша компания весьма контрастно, совершенно не вписываясь в интерьер заведения. Откушав пельменей и драников, запив сие чаем с лимоном (и все это—за 7 грн. С чела!), возвращаемся на вокзал.

В ожидании поезда на перроне пелись песни, пилось пиво, танцевалось под гитару с рюкзаком на спине, а холодные далекие звезды с удивлением взирали на это шоу. Загрузившись в опоздавший больше чем на час поезд, под скромный ужин и вино обсуждаем поход, а потом допоздна поем песни (спасибо Вове!). Спать укладываемся лишь после замечаний проводника.

Вот и все. Завтра—дома!

Доблестный летописец - ЦАРЬ.

RATING ALL.BY KMindex
X